 |







 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Случай ваш очень интересный. Я такого еще не видел, - в очередной раз признается мне доктор, выковыривая из моей коленки хирургическую леску. - Скорее всего это суставные мыши. - Какие мыши? - тупо переспрашиваю я, хотя логичнее было бы: - Суставные кто? - Ну это термин такой, - смущенно оправдывается он. - Или хондроматоз. Мы все удалили, ну, процентов 99 точно. Но возможен рецидив. Не сразу конечно, лет через пять. Как оказалось, эти самые "мыши" разновидность доброкачественной опухоли. Вырастая до определенного размера они снимаются с места и начинаются слоняться по суставу без прописки и определенного рода деятельности. Когда "мышей" разводится энное количество, они начинают сталкиваться и выяснять отношения, может ссориться, а может наоборот брататься и соображать на троих. Но вся эта мышиная возня вызывает дисфункцию сустава. Я поглаживаю коленку и представляю себе гипотетически оставшийся 1% - крохотный пушистый комочек с розовым хвостиком и пугливым носом. - Видишь, какие дела? - говорю я ему, - Вот теперь сиди тихо. А если когда-нибудь появятся новые собратья, так и передай. Пусть заведут себе интернет и общаются на здоровье, никто и слова не скажет. Только каждый в своем углу, а по гостям нечего шляться. А иначе придет доктор и устроит вам мышиный холокост. Видел, какой у него взгляд плотоядный? Такой из чистого интереса дырок навертит, только волю дай. И будешь ты, как дурак, если конечно опять повезет остаться, жить в дуршлаге на сквозняке, а мог бы в теплой уютной коленке. Все понял? То-то же! А теперь спать. И чтобы больше никакого писка. ( Хотя на самом деле все было не так. )
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Иногда плыть бывает сложно и очень хочется себя пожалеть и разрешить этого не делать. И внутренняя плакса хнычет, что она устала, что ей больно, что лапки не шевелятся, что можно я отсюда пойду, я и так молодец. И тогда я ей говорю: - Я механический крокодил. От меня ничего не зависит. Медный ключик завел пружинку, она медленно раскручивается и вращает мои лапки раз-два, раз-два, раз-два... И пока пружинка не распрямилась, нельзя ни утонуть, ни остановиться. Плакать можно, а остановится нельзя, тогда какой смысл? И как-то все затихает и получается.
И со всем остальным можно точно так же. Когда совсем не хочется что-то делать, а надо, можно себе сказать:"Я механический крокодил", - и лапками раз-два, раз-два...
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
|
 |
|
 |